Сравнительно-сопоставительный анализ сложных количественных числительных в мордовских, саамском (кильдинский диалект), вепсском и хантыйском языках

В настоящее время во многих странах появляются проекты двуязычных контрастивных исследований, которые ставят своей целью по возможности полное описание особенностей (сходства и различия) сравниваемых (сопоставляемых) языков. Значимость подобных исследований не подлежит никакому сомнению. Именно поэтому в нашей статье для сравнения и сопоставления взяты сложные количественные числительные и их образование в ряде финно-угорских языков, сравнительно-сопоставительное описание которых позволит выявить такие факты и закономерности в структуре каждого из сравниваемых языков, которые иногда остаются скрытыми при их внутриязыковом рассмотрении.

Числительное – часть речи, характеризующаяся категориальным значением определенного числа, порядка, выраженного в обозначениях количества предметов и порядка по их счету. Им обозначаются: 1) количество, 2) порядок, 3) собирательность, 4) разделительность, 5) распределительность, 6) приблизительность, 7) обстоятельственность, 8) составительность.

По своей структуре большинство числительных первого десятка простые, производные основы имеют числительные восемь (8) и девять (9).

 

Числительные первого десятка в сравниваемых языках[1]

 

ф.-у. русск. м. э. саам. (К) вп. х.
*ükte

*käke

*kolme

*neljä

*witte

*kutte

один

два

три

четыре

пять

шесть

 семь

восемь   девять

десять

fkä

kafta

kolma

nil‘ǝ

vet‘ǝ

kota

sisǝm

kafksa[3]

vejksa

kemǝn

vejke

kavto

kolmo

n’il’e

vet’e

koto

sisem

kavkso

vejksę

kemen

ɛxxt (эxxт)

kuxxt

kollm

n’el’l’j

vįdḓ

kudḓ

k’iȝ’em’

kaxxc[4]

axxc

лåg’g’

üks’

kaks’

kuṷmę

nel’l’

viž

kuz’

sįičme

kahesa[5]

ühesa

kümn’e

ǝj

kät

ķolǝm

n’ǝlǝ

wet

kut

läwǝt

nįlǝγ

ǝjǝrjöŋ[6]

jöŋ ~ jaŋ

 

Числительные второго десятка (от 10 до 19)

 

  • в мордовских языках – путем сочетания числительного kemen’ / kemǝn’ «десять» в сокращенных вариантах kem ~ ke + числительное первого десятка, осложненное суффиксом комитатива *-ka в его вариантах vo ~ je ~ ge (букв. десять с сопровождением числительного один, два, три и т. д.):
  • э. kemen’ > kem + kafta «два» + -vo kemgavtovo «двенадцать»,
  • э. kemen’ > ke + vet’e «пять» + -je kevet’eje «пятнадцать»
  • э. kemen’ > kem + s’is’em «семь» + -ge kems’is’emge «семнадцать»,
  • м. kemǝn’ > kem + kafta «два» + -va kemgaftuva «двенадцать»,
  • м. kemǝn’ > ke +vet’ǝ «пять» + -je kevet’ije «пятнадцать»,
  • м. kemǝn’ > kem +  s’is’ǝm «семь» + -ge kems’is’ǝmge «семнадцать» (образования по моделям 10 + 1, 10 + 2, 10+3  и т. д.);

 

  • в саамском (К) – посредством сочетания числительного первого десятка с компонентом ɛmp[7]+ лåg’g (< ф.-у. *luka) «десять»:
  • ɛxxt «один» + ɛmp + лåg’g ɛxxtɛmpлåg’g «одиннадцать»,
  • kuxxt «два» + ɛmp + лåg’g kuxxtɛmpлåg’g «двенадцать»,
  • kollm «три» + ɛmp + лåg’g kollmɛmpлåg’g «тринадцать»,

(образования по моделям 1 + 10, 2 + 10, 3+10 и т. д.);

 

  • в вепсском – путем сложения числительного первого десятка и компонента t’ošt’ [8] + k’ime (< k’üme) «десять»:
  • üks’ «один» + t’ošt+ k’ime üks’t’oštk’ime «одиннадцать»,
  • kaks’ «два» + t’ošt+ k’ime kaks’t’oštk’ime «двенадцать»,
  • kahesa «восемь» + t’ošt+ k’ime kahesat’oštk’ime «восемнадцать» (образования по моделям 1 + 10, 2 + 10, 3+10 и т. д.);

  • в хантыйском (в салымских говорах) – посредством соединения числительного первого десятка с компонентом ķŏt [9] + jöŋ ~ jaŋ «десять»:
  • ǝj «один» + ķŏt + jöŋ~ jaŋ ǝjķŏtjöŋ «одиннадцать»,
  • kät «два» + ķŏt + jöŋ~ jaŋ kätķŏtjöŋ «двенадцать»,
  • ķolǝm «три» + ķŏt + jöŋ~ jaŋ ķolǝmķŏtjöŋ «тринадцать» (образования по моделям 1 + 10, 2 + 10, 3 + 10 и т. д.).

Как можно заметить, в саамском (К), вепсском и хантыйском языках в названных числительных в качестве числительного второго десятка значится числительное первого десятка, в мордовских же – числительное kemen«десять» находится в начале. Подобный способ образования обнаруживается в нотозерском диалекте саамского (К) языка, где число, обозначающее десять, стоит перед числом, обозначающим простую единицу. Ср.: саам. (Н) лåh’k’ «десять» + nɛz + exxt   лåh’k’nɛzexxt «одиннадцать» – э. kemen’  «десять» > ke +  vejke + je kevejkeje «одиннадцать» (образования по моделям 10 + 1, 10 + 2, 10 + 3 и т. д.).

Этот же способ используется в ваховском диалекте хантыйского языка, где числительные от 11 до 18 образуются путем соединения числительного jöŋ «десять», осложненного частицей ǝrki (восходит к слову ǝrǝkkǝ ~ ŭrǝkkǝ ~ orǝkkǝ «слишком; сверх; кроме») + числительное, являющееся названием единицы первого десятка:

  • jöγǝrki ǝj (< * jöŋǝrki) «одиннадцать»,
  • jöγǝrki kätkǝn (< kät «два» + -kǝn «показатель двойственного числа») «двенадцать»,
  • jöγǝrki ķolǝm «тринадцать»,
  • jöγǝrki lävǝt «семнадцать»,
  • jöγǝrki n’įlǝγ «восемнадцать».

В таких числительных в слове jöŋ «десять» конечный ŋ, сочетаясь с частицей ǝrki, переходит в γ (щелевой согласный, сильно подвергнутый ослаблению), в результате этого происходит полное слияние элементов jöγ и ǝrki в одно целое – jöγǝrki.

Несколько иным способом образуется числительное ǝjǝrķoc «девятнадцать», в котором соединены три компонента: ǝj «один» + ǝr (сокращенная и видоизмененная форма слова ǝjǝrkkǝ) + ķoc «двадцать».

 

Числительные, обозначающие круглые десятки

 

В мордовских языках числительное десять обозначается словом kemen’, в вепсском – k‘üme ~ kime, в саамском (К) – лåg’g, в хантыйском – jön~ jan; числительное двадцать в мордовских языках – koms‘, в  саамском (К) – kuxxtлåg’g, в вепсском – kakskime, в хантыйском – ķos ~ ķus (< ф.-у. * kus‘ɛ).

Последующие круглые десятки до ста образуются таким образом:

  • в мордовских языках к названию числительного первого десятка прибавляется название числительного kemen’ «десять»:
  • vet’ǝ / vet’e «пять» + kemen’ ved’gemen’ / ved’gemǝn’ «пятьдесят»,
  • n’il’ǝ / n’il’e «четыре» + kemen’ n’il’en’gemen’/ n’il’gemǝn’ «сорок»[10];

 

  • в саамском (К) – путем сложения числительного первого десятка и числительного лåg’g «десять» (точно так, как и в мордовских языках):
  • vįdḓ «пять» + лåg’g «десять» → vįdḓлåg’g «пятьдесят»,
  • n’el’l’j «четыре» + лåg’g «десять» → n’el’l’jлåg’g «сорок»;

  • в вепсском – посредством сложения числительного первого десятка и числительного k’üme ~ k’ime «десять»:
  • viž «пять» + k’üme ~ k’ime «десять» → vižk’ime (k’üme) «пятьдесят»,
  • nel’l’ «четыре» + k’üme ~ k’ime «десять» → nel’l’k’ime (k’üme) «сорок»;

  • в хантыйском – посредством сложения числительного первого десятка и числительного jöŋ ~ jaŋ «десять»:
  • wet «пять» + jöŋ ~ jaŋ «десять» → wetjöŋ «пятьдесят»,
  • n’ǝlǝ «четыре» + jöŋ ~ jaŋ «десять» → n’ǝlǝjöŋ «сорок».

Числительные, обозначающие круглые сотни

Числительные, обозначающие круглые сотни, образуются следующим образом:

  • в мордовских языках к названию числительного первого десятка прибавляется название числительного s’ado / s’ada «сто» с его усечением и осложнением суффиксом -t:
  • kolma / kolmo «три» + s’ado / s’ada kolmas’adt / kolmo s’adt «триста»,
  • n’il’ǝ / n’il’e «четыре» + s’ado / s’ada n’il’is’adt / n’il’es’adt «четыреста»;

 

  • в саамском (К) – путем простого сложения числительного первого десятка и числительного čud’d’ «сто»:
  • kollm «три» + čud’d’ kollm čud’d’ «триста»[11],
  • n’el’j «четыре» + čud’d’ n’el’j čud’d’ «четыреста»;

 

  • в вепсском название числительного первого десятка сочетается с названием sada «сто» с осложнением -d-овым компонентом:
  • viž «пять» + sada + -d vižsadad «пятьсот»,
  • nel’l’ «четыре» + sada + -d n’el’l’sadad «четыреста»;

  • в хантыйском (в восточно-хантыйском диалекте) к названию числительного первого десятка примыкает числительное sat ~ sot «сто»:
  • ķolǝm «три» + sat ķolǝmsat «триста»,
  • kut «шесть» + sat kutsat «шестьсот».

Числительные третьего десятка

Числительные третьего десятка в исследуемых языках образуются следующим образом:

  • в мордовских языках – посредством слитного сочетания числительного koms’ (> *kok «два» + *mus «десять») «двадцать» и числительного первого десятка, осложненного суффиксом коммитатива -ka в вариантах -va / -vo, -ge, -je:
  • koms’ + kafta / kavto «два» + -va / -vo koms’kavtovo / koms’kaftava «двадцать два»,
  • koms’ + n’il’ǝ / n’il’e «четыре» + -je koms’n’il’i je / koms’n’il’eje «двадцать четыре»;

  • в саамском (К) – посредством простого прибавления числительного круглого десятка к числительному первого десятка:
  • kuxxtlåg’g’ «двадцать» + kuxxt «два» → kuxxtlåg’g’ kuxxt «двадцать два»,
  • kollmlåg’g’ «тридцать» + vįdḓ «пять» → kollmlåg’g’ vįdḓ «тридцать пять»;

 

  • в вепсском – путем раздельного сочетания (как в саамском (К)) круглого десятка и числительного первого десятка:
  • kaks’k’ime (k’üme) + üks «один» → kaks’k’ime üks «двадцать один»,
  • kahesk’ime «восемьдесят» + viž «пять» → kahesk’ime viž «восемьдесят пять»;

 

  • в хантыйском – посредством сложения числительного первого десятка и числительного jöŋ «десять»:
  • ķolǝmjöŋ «тридцать» + ķolǝm ķolǝmjöŋ ķolǝm «тридцать три»,
  • n’ǝlǝjöŋ «сорок» + ǝj «один» → n’ǝlǝjöŋ ǝj «сорок один».

 

Аналогичным способом составляются числительные в пределах сотен: lävǝtsat lävǝtjöŋ lävǝt «семьсот семьдесят семь».

Таким образом, приведенный материал по образованию сложных количественных числительных позволяет сказать, что их структурные типы в сравниваемых языках имеют много общего. Наиболее ярко это обнаруживается в общефинноугорском типе в образовании круглых десятков. Отличие же обнаруживаются в структурном плане числительных второго десятка (от 10 до 18 (19)). Формирование структурной общности не исключает сохранения различий в образовании сложных количественных числительных в сравниваемых языках, особенно по структурному типу от 11 до 19.

Итак, сравнительно-сопоставительный анализ позволил нам вскрыть сходство и различия для каждого языка в выборе лексических и морфологических средств при описании одного и того же куска действительности. Мы полагаем, что такие описания необходимы для создания общефинноугорской (или общеуральской) сравнительно-сопоставительной морфологии.

 

Условные обозначения

 

авест. – авестийский язык; вп. – вепсский язык; м. – мокшанский язык; русск. – русский язык; саам. (К) – саамско-кильдинский диалект; саам. (Н) – саамско-нотозерский диалект; ф.-у. – финно-угорский; х. – хантыйский язык; э. – эрзянский язык.

[1] Названия количественных числительных саамского языка приведены по кн.: Керт Г. М. Саамский язык (кильдинский диалект). Л., 1971. 354 с.; вепсских числительных – по кн.: Зайцева М. И., Муллонена М. И. Словарь вепсского языка. Л., 1972. 745 с.; Зайцева М. И. Грамматика вепсского языка (фонетика и морфология). Л., 1981. 360 с.; числительные хантыйского языка – по кн.: Терешкин Н. И. Словарь восточно-хантыйских диалектов. Л., 1981. 543 с.; Его же. Очерки диалектов хантыйского языка. – М. ; Л., 1961. Ч. 1. 206 с.

[2] Ø – данный символ обозначает, что эти числительные не являются общефинноугорскими.

[3] м., э. kafksa / kavkso (< kavto «два» + so (< авест. *dasa «десять»); vejksa / vejksę (<vejke «один» + (< авест. *dasa «десять»).

[4] kaxxc (< kaxxt «два» + с (< авест. *dasa «десять»); axxc (< ɛxxt «один» + с (< авест. *dasa «десять»).

[5] kahesa (< kaks’ «два» + sa (< авест. *dasa «десять»);  ühesa (< üks’ «один» + sa (< авест. *dasa «десять»). При образовании числительных 8 и 9 в сравниваемых языках, как видно из примеров, был использован способ вычитания типа «без одного десять (девять)», «без двух десять (восемь)». На предступени возникновения этих понятий  применен инновационный способ построения. Помимо собственно финно-угорских числительных «один» и «два», в структуру названных числительных включились индоевропейское числительное *déǩm, греческое *δεχα, латинское decem (Прокош Э. Сравнительная грамматика германских языков. М., 1954. С. 315); др.-индийское daça, авестинское dasa «десять», старославянское десšѫть (Десницкая А. В. Вопросы изучения родства индоевропейских языков. М. ; Л., 1955. С. 52).

[6] ǝrjöŋ (<ǝj «один» + ǝrkkǝ «слишком; сверх» + jŏŋ «десять».

[7] Буквально один сверх (выше) десяти, на что указывает компонент ɛmp, восходящий к суффиксу сравнительной степени -mp.

[8] t’ošt форма партитива от порядкового числительного toine «второй».

[9] ķŏt (> ķŏtǝ «полностью, совсем, все»).

[10] В эрзянском языке первый компонент в таких числительных выступает в двух вариантах: 1) с n-овым компонентом, 2) без него. В мокшанском в одном варианте – без
n-ового компонента.

[11] Компоненты таких числительных в саамском (К) языке не сливаются в сложное слово, а образуют словосочетания (Керт Г. М. Указ. соч. С. 169).

 

 

Оставить комментарий