Опрощенные суффиксальные образования

Членимые основы распадаются на корень  и суффикс (суффиксы). Корень устанавливается в членимых основах в соотношении с суффиксами, а не членимые основы могут быть приравнены к корню. При  морфологическом сопоставлении основы выводимого слова с основой базового слова наблюдается ряд явлений, затрудняющих непосредственное установление морфемной границы. К таковым относится явление, которое называют опрощением.

В данной статье нас будут интересовать прежде всего вопросы, связанные с опрошенными суффиксальными образованиями, которые имеют место в морфологической и лексической системах мордовских языков. Причины возникновения опрощения производных основ (или слов) различны, их изучение в соответствии с синхронно-диахроническими данными важно для решения большой  теоретической проблемы языкового развития и изменения.

Опрощение – морфологический процесс. С исторической, диахронической, словообразовательной точки зрения следует  рассматривать его как разновидность  изменений в границах морфем. Некогда сложное по морфологическому составу основа (или слово) перестает в живой речи сознаваться в этом составе (благодаря тесной спайки морфем (корня или суффикса). Такая спайка делает (основу или слово) непроизводной, морфологически не членимой. Первоначальное (генетическое) значение уступает свое место новому реальному значению слова, отвечающему, по словам В.А. Богородского (1901: 272) «непосредственно предмету или понятию». Так, например, основы глаголов м. kolms, э. kolgems «течь, протекать» м. čukad’əms э. čukadems «стряхнуть, встряхнуть», kolgə=/ kolge=, čukad’ə=/ čukade стали  непроизводными из-за исчезновения слов, от которых некогда посредством суффиксов (в первом примере суффикс -g, во втором  -d) были они образованы -kol’=+-g-ə-ms, ср. х. kol «щель; расщелина; промежуток» (например, между пальцами, зубами и т.п., čuka=    -d’-ə-ms, ср. х. čŭk «крошка»). На начальном этапе появления опрощенных суффиксальных глагольных образований ( как и не опрошенных) исходным материалом для их образования послужили имена действия  на -ма-мо-ме.   Вообще роль имен действия в образовании глагольной лексики велика: без них не могло произойти  выделение глагола как самостоятельного грамматического класса, в именах действия находятся истоки, предопределившие семантическую структуру времени и наклонений. По разным причинам сфера использования имен действия с течением времени суживалось, они включались в сложные словообразовательные процессы, подвергались значительным изменениям. Достаточно сказать, что современная инфинитивная форма на -мс (м. kandəms, э. кандомс «нести») является по происхождению иллативной формой имени действия  (м.*  kandəmа+-s, э. *кандома=+-с). Таким образом, эту форму можно отнести к реликтам  именного способа выражения действия, она (эта форма) явилась знаковым в процессе дифференциации недифференцированных глагольно-именных основ.

Опрощение производных основ различных типов может происходить, как известно, по различным причинам, а именно: 1) в результате утраты производящих и родственных слов, соотносительных с данными. Так, например, основы глаголов э. taštams (*taš=t-a-ms) «накопить, сэкономить»; м. kombələms, э. kumboldoms (<*kombə=/kumbo=+ld/o-ms) «колыхаться; переливаться»; м. кšnams, э. кešnams (<*кš=/кeš=+-n‘-a-ms) «чихнуть, чихать» стали непроизводными вследствие того, что в современных мордовских языках их корневые части не выступают в качестве самостоятельных слов, являются омертвелыми, связанными, некогда они были автономны. Многим из них мы находим близкие (фонетические и семантические) соответствия или как отдельные слова, или связанные корневые части, не осложненные словообразовательными суффиксами. Ср. э. taš=? – х. tas «богатство, имущество, добро; собственность», tasməteγə «нажиться; разбогатеть»; м. кš =?, э. кeš=? – х. кəč~ кəšə «боль, болезнь» → кečäŋ «больной»; м. kоmbə=?, э. kumbo=? – х. kump~kŏmp= «волна, вал (на воде) → kŏmpəγəlta «подняться волнами (на реке, озере)». (Об интегрированных глагольных основах  см. нашу статью «Общефинно-угорские глагольные основы в мордовских языках в сравнительном освещении с соответствующими глагольными основами хантыйского языка – Финно-угристика. 6. Саранск, 2005); 2) в результате нарушения семантической связи между производящими и производными словами, что способствовало разрыву словообразовательной связи  между словами: м. пиrhk, э. пиrkа (<*пиrh/пиr‘=+-k/-kа) «короткий» – ф. nuora, cаам.  nūrr‘ «веревка»; м. kočam, э. kočom (<*koč=+-o-m) «ломоть; горбушка» – веп. koč «лодыжка»; э. keret «соха» (<*kere=+-t‘) – kerams «резать»; э. kilkš «узел» (<*kil‘=+-kš) – kildems «запрячь», э. pežet «грех» (<*peže=+-t) – pežedems «давать клятву, божиться»; м. kepaza (<*kepa=+- za) «коренастый» – м. кере «гнет»; niksams, э. nikcems, (<nik=+-s-a/e-ms) «нюхать, понюхать» – х. niŋ «червь (личинка мухи)»; 3) в результате изменения конечного корневого согласного исходного слова и словообразовательного суффикса, что вызвало звуковую деформацию деривата, повлекшего за собой частичное опрощение основы: м. kotf (<*kod=+-st) «полотно, холст», э. kodšt; м. šobda (<šob=+-da) – čonotems (<čono=+-t‘-e-ms) «темнеть»; м. kunf (<*kun=+-f), э. kunst «навзничь» – х. kŏn «живот»; м. matf (<*mat=+-st) «погреб», э. matst, ср. м. тatəms «уложить»; м. pečf (<*pečkə=+-t) «кусок (хлеба, арбуза и т.п.) – м. pečkəms «отрезать»; 4) в результате  совмещения конечных, производящего слова и суффикса –uj с многократным значением. Например, м. ангəрямс, э. ангорямс (<*ангəр=/*ангор=+-uj-а-мс) «царапать» от глагола с однократным значением м. ангəрдамс, э. ангордамс «царапнуть». Этот тип комбинаторки можно рассматривать как разновидность частичного опрощения, при которой происходит «снятие» суффикса, его сема предается конечному <r> или  <l>  корневой части производящего слова. «Снятие» суффикса –ij перед суффиксомd с однокоренным значением произошло не бесследно, оно отразилось в звуках <r>,  <l>  – последние стали произноситься мягко. Ср. м. avəldams, э. avoldams м. avəlams, э. avolams (*avəlijams) «размахивать», м. puvərdams, э. puvordams «повернуть» – м. puvərams, э. puvorams (*puvrijams) «поворачиваться». В плане синхронии перед нами  деривация без явного суффикса.

Опрощение проявляется в двух видах: полное и неполное. Полными (по терминологии В.А.Богородицкого 1901: 270 совершенными) опрошенными основами считаются такие, корневая часть которых в мордовских  языках не употребляются в качестве автономной лексической единицы, но может быть обнаружена применением сравнительно-исторического метода: корневые части некоторых опрошенных образований в качестве отдельных слов имеют место в других финно-угорских языках (если они являются по происхождению общефинно-угорскими). Примеры из глагольных опрошенных образований: м. kačadəms, э. kačadoms (<kača=+-d/о-ms). Корневая часть kača= отдельно как слово в лексическом фонде мордовских языков не находит место, в хантыйском же языке ей соответствует слово kūč «пригар; подпалина при горении без пламени», м. pandəms, э. pandоms «зачинить, залатать» (опрошенная основа pan= самостоятельно как слово не употребляется) – х. pă~păna~pŏ «струна, дратва»; м.э. pulzams (<*pul‘=+ -z-a-ms) «встать на колени»» – ф. polvi, веп. polv, саам.-к. povvl «голень»; э. peznams (<*pez=+-n-a-ms) «воткнуться, вонзиться» – м. pez=+-о-ms «воткнуться» – ф. pisto «укол»; м. vizdəms, э. vizdems (<*viz‘=+-d-ə/-e-ms) «стыдиться» – мр. voži «стыдить»; м. sindəms э. sindems (<*sin‘=+-d‘-ə/е-ms) «сломать» – х. siηk «передок саней»; м. kaladəms, э. kaladоms (<*kala=+d/о-ms) «разрушиться» – х. kal «непрочный»; м.э. pultams (<*pul=+-t-a-ms) «жечь» – ф. palo «пожар», саам. к. pūlle «гореть, горячий», м. pärgədəms, э. pergedems (<*pär‘=/per‘=+-g/e-d--ə/e-ms) «распороть, распарывать» – саам. к.  pērrkē «вырваться, биться» – х. pərγinam «назад, обратно, в обратном направлении»; э. murnems (<*mur‘=+--n-e-ms) «обругать, выругать» – ф. murina «ворчание», – х. mur-ta «урчать (о собаке)»; э. vergedems (<*ver‘=+ -ged‘-e-ms) «зажечь» – веп. viri «спичка», viritada «зажигать»; м. korədəms, э. korodоms (<*korə=/koro=+-d/о-ms) «ревновать, сберечь» – х. kŏr «образ, вид»; м. torədəms (<*torə=+ -d-ms) «набухать» – веп. turže «опухоль; отек», ф. turpea «пухлый, вздутый»; м. urkədəms, э. urakadоms (<*ur=/ura=+ -kəd/-kad/о-ms) «выть, реветь» – ф. urahtaa «буркнуть, заворчать», веп. uraita «рычать»; м. ilhtəms, э.  iltеms (<*ilh=/il‘=+-t/е-ms) «проводить» – х. il «перед; передний»; м. sukənams э. sukonams (<*sukə=/suko=+-n-a-ms) «поклониться» – х. süγ «красота, прелесть»; м. tavadəms, э. tavadоms (<*tava=+-d/о-ms) «крыть, покрыть, накрыть» – х. tăγi~ tăγə «место»; м. ponžaftəms,  э. ponžavtoms (<*pon=+-ža-ft/-vt/o-ms) «веять, провеять» – х. pŭna-ta «сеять, просеять сквозь сито»; м. kečadəms (<*keča=+-d-ə-ms) «намотать на руку нитки для тканья» – саам. к. kūccэ «мотать нитки»; м. valgəms, э. valgoms (<*val=+-g/o-ms) «спуститься» – саам. к. valas «вниз», х. wäl-ta «сползать, сползти»; э. jorvaldoms (<*jorva=+-ld-o-ms) «полоскать» – х. jor «русло» реки или ручья»; э. nire‘ždems (<*nire=+-ž-d‘-e-ms) «всхлипывать; рыдать» – х. nir-ta «визжать»; э. jovtams (<*jov=+-t-a-ms) «сказать, сообщить» – саам. к. jēvvэ «заявить, сказать»; э. kutkams (<*kut‘=+-k-a-ms) «ласкать, соблазнять» – х. kutta «манить, соблазнять».

Полные, совершенные опрошенные основы имеют место не только в системе глагола, они обнаруживаются и в других  частях речи, немало их в сфере имен существительных и прилагательных. Например: э.м. kesak «моток» (<*kesa-k) – х. kes «раз», э. nimilav «бабочка» (<*nimil=+-a-v) – х. niməl «букашка», э. оnkstams, м. оvkstams (<*оnks‘=/оvks=+-t-a-ms)  «зануздать» – веп. ong «удочка», х. ŏnkəl «челюсть»; э. penč «ложка» (<*pen‘=+-č) – мр. pan‘, х. pən «ложка»; э. nilks (<*nil‘=+-ks) «черенок, подвесок» – х. nəl‘ ~ nŏl «черень», рукоятка»; м. t‘ärdə,  э. tert‘  (<*tär=/-ter‘=+-də/-t‘) «путы для животных» – х. təri «крючок; скоба»; м. suleka, э. sulika (<*sule=/suli=+-ka) «стекло, бутылка» – саам. к. sule «бутылка»; м.,э. talaj (<*tala=+-j) «довольно долго; поздний» – саам. к. tula «давно»; м. šäkšata, э. čekšata (<*šäkša=/čekša=+-ta) «дятел» – саам. к. čašen «дятел»; м. naksatka (<*naksat=+-ka) «хроник – больной какой-либо хронической болезнью» – м. naksadəms «гнить, сгнить»; э. lovaža «кость» (<*lova=+-ža) – ф. luu, х. lŏγ «кость»; э. venele (<*vene=+-le) «снаружи; вне дома» – х. wannə ~ wännə «близко, недалеко, скоро»; м. pengä, э. pengе (<*pen‘=+-gä/-gе) «дрова» – веп. pino «поленица»; э. kaska (<*kas‘=+--ka) «подпечье» – х. kas «пространство за чем-либо, позади чего-либо»; м. nolga, э. nolgo (<*nol=+-ga/-go) «сопля» – х. nŏl ~ nŏt «нос»; э. kundo (<*kun=+-do) «дупло» – х. kŭm~ kəm «полое пространство»; м.,э. maštiks (<*mašti=+-ks) «лихорадка» – х. mŏšta «хворь; болезнь»; м. kalada, э. kaladо (<*kala=+ -da/-do) «ветхий» – х. kala «непрочный»; э. čеvte (<*čеv=+-t‘-e) «мягкий» – х. čеw~ šäp «древесная труха»; м. kerada (<*kera=+-da) «жаворонок» – х. rəm «черный дятел»; м.,э. kerks (<*ker‘=+-ks) «связка (бус)» – веп. ker «туго скрученный»; м. kalgəda, э. kalgodo (<*kalgə=/kalgo=+-da/-do) «твердый; жесткий» – ф. kalkki «известь»; э. aηsema (<*=+-s‘-e-ma) «прорубь» – х. ŏη ~ ~ «выходное отверстие; устье; жерло»; э. ilev (<*ile=+-v) «прут», мр. ilа «прут»; м. särhka, э. serka (<*särh=/ser=+-ka) «голень» – х. sor «голень»; э. ulav (<*ula=+-v) «воз, подвода» – х. ŏla ~ ŏta «подвода»; м. kerge (<*ker‘=+-ge) «деревня» – х. kăra «деревня»; м. kärgata, э. kеrgata (<* kärga=/ kеrga=+-ta) «дятел; черный дрозд» – ф. kärki, веп. kärg «дятел»; э. kotkudav (<*kotku=+   -dav) «муравей» – мр. kutko, саам. к. kōttk; м. lavša, э. lavšо (<*lav=+-š-a/-o) «слабый; неуклюжий» – х. lăkə «слабый, не тугой»; э. mijav (<*mija=+-v) «бобер» – х. ma ~ məγ «бобренок»; э. uroz (<*uro=+-z) «сирота» – х. urwi; э. jonks (<* jon=+-ks) «шкворень»;- х. jank «гвоздь»; м. najana, э. najan (<*naja=+-na/-n) «озорной; нахал» – х. naj~ näj «красавица; красотка»; м. omba, э. ombо (<*o= местоименная основа + -mb-a/-o) «другой, иной»; pežet‘ (<*peže=+-t‘) «ей-богу» – м. peže «грех»; м. kärks, э. kеrks (<*kär‘=/kеr‘=+-ks) «связка»;  – х. kerə «связка»; э. čеkar (<*čеka=+-r‘) «плесень» – х. čəγ-tä «киснуть, бродить (о тесте)»; м. sovən‘, э. sovоn‘ (<*sovə/o=+-n‘) «глина» – х. săwi ~ săyi~ sŏwə «глина», ф. sаvi, эст. sаbi, cаам. к. čuvvj «глина»; м. šičav, э. čičav (<*šiča=/čiča=+-v) «блоха» – х. čunč ~  šunš «блоха»; м. parna, э. parnе (<*par=+-na/-nе) «жеребенок» – х. păra~ părə «гурт, табун, стадо», саам. к. pana «дети, детвора»; м. kenər‘, э. kenеrе (<*kenə=/kenе=+-r/-rе) «локоть» – х. kŭnni «локоть»; э. tonol (<*tono=+-l) «головешка, головня» – х. toηk ~ tŏηk «пригар»; м. jotka, э. jutko (<*jot=/jut=+-ka/-ko) «досуг, свободное от работы время» – х. jət «время, промежуток  времени»; э. korsana (<*kor‘=+-sa-na) «пригорклый; чадный, угарный, едкий» – х. kör ~ ker ~ kór «печь, печка»; э. čevge (<*čev=+-ge) «калина» – ф. heisi-pu «калина», х. čeγə ~ čeγä ~ čäwə «почка лиственного дерева, гроздь ягод, стебелек ягодного куста»; м. močkt ~ motkt (<*moč=/mot‘=+-kt) «потроха, внутренности» – х. moč ~ mŏs «болезнь, боль, недуг»; м. irdəz, э. irdez (<*irdə/e=+-z) «ребро» – саам. к. ērrt «ребро», веп. ird «наружная сторона», х. jir «ребро, бок; м.,э. lijanaz (<*lijana=+-z) «лен» – саам. к. liijin «лен»; м. purəm, э. puromo (<*purə/o=+m/-mo) «слепень» – саам. к. puarr «овод»; м. torama (<*tora=+-ma) «труба» – ф. torvi «труба», веп. torv «рожок»; м. tevelav (<*tev=/teve=+-l+-av) «легкие» – веп. tävu «легкие».

Частичные опрошенные основы (или слова) имеют место в тех случаях, когда их корневые части могут иметь соответствия в виду связанных  корневых элементов в собственно мордовских языках (возможна еще продукция слова). Так, например, у опрощенного слова м. venəz, э. venč (<*venə=~*ven‘=+-z/-č) «лодка» корневая  часть  venə=~ven= обнаруживается  в глаголе м. venəməms, э. venеmеms (<*venə/e=+-m+-ə/o-ms) «вытянуться в длину»; у опрошенного слова м. kučka, э. kunška (<*ku=~kun=+-čka/-ška) «середина» корневая часть ku=~kun= выявляется в слове м. kunf, э. kunсt (<*kun=+-f/-сt) «навзничь».

К частичному опрощению подвергнуты  значительное количество слов, отмеченных в разных частях речи, прежде всего, в глаголе, существительном и прилагательном. Приведем некоторые из них: м. raška, э. raškо (<*raš=+-ka/-kо) «развилина; промежность» – м.,э. raštams (<*raš=+-t-a-ms) «родить; развестись»; м. šočka, э. čоčko (<*šoč=/-čоč=+-ka/-ko) «бревно» – м. šočams, э. čоčams (<*šoča=/čоč=+-ms) «нанизать; зацепить»; э. čirke (<*čir‘=+-ke) «дуга» – м.э. čiremems «покоситься, покривиться»; э. čenks (<*čen‘=+-ks) – э. čengems (<*čen‘=+-g+-e-ms) «выгореть; тлеть», ср. х. čəηk ~ šəηk «жар, жара; жарко»; м. nulhka, э. nulka (<*nul=+-hka/-ka) «гной в уголках глаз» – м. nulgədəms, э. nulgodems (<*nul=+-gəd‘/-god‘-e-ms) «брезговать», м. pŏčf, э. pŏčt (<*pŏč=+-f/-t) «мука» – э. počodoms (<*pŏčo=+-d-o-ms) «посыпать; припорошить»; м. kožf, э. košt (<*kož=/koš=+-f-t) «воздух» – э. kožovt (<*kožo=+-vt) «отверстие для пара (над печью в деревенской бане)»; м. pästə, э. pešte (<*päs=/ peš=+-tə-te) «орех» – э. pešks (<*peš=+-ks) «орешник», ср. х. păsi ядрышко кедрового ореха»; м. kepədəms, э. kepedems (<*kepə=/kepe=+də- d‘-e-ms) «поднять» – м. kepə «груз, накладываемый на воз сена, соломы»; м.э. kečkaz (<*kečk=+-az) «крючок» – м. kičkər‘, э. kičkere (<*kičkə=/kičke=+-r‘/-re) «кривой»; м. vrgam (<*vrga=+-m) «кремень»; э. vergedema (<*verge=+-d-e-m-a) «кремень» – м.  kazana (<*kaza=+-na) «крепкий» – м. kopr «спина; хребет»; э. malav (<*mala=+-v) «близко» – м.  mala «близкий»; м. motnaz (<*motna=+-z) «лунатик» – м. motavams «мошенничать».

Таким образом, рассмотренные опрощенные  суффиксальные образования свидетельствуют о том, что процесс интеграции основы (или слова) был вызван и закреплен благодаря взаимодействию разных языковых фактов, время появления этого процесса может относиться к разным моментам истории мордовских языков, иногда даже весьма отдаленной.

Литература

  1. Богородицкий В.А. Очерки по языковедению и русскому языку. Казань. 1901. – 310 с.
  2. Зайцева Н.Г., Муллонен М.И. Вепско-русский, русско-вепский учебный словарь. Петрозаводск: Карелия. 1995. –191 с.
  3. Мокшанско-русский словарь. Москва: «Русский язык», «Дигора», 1998. – 920 с.
  4. Терешкин Н.И. Словарь восточно-хантыйских диалектов. Л.: «Наука», 1981. – 542 с.
  5. Финско-русский словарь. Под редакцией Е.П. Лаатикайнен. Москва: гос. изд-во иностранных и национальных  словарей, 1942. – 284 с.
  6. Цыганкин Д.В. Финно-угорские глагольные основы в мордовских языках в сравнительном освещении с соответствующими глагольными основами хантыйского языка. Финно-угристика. 6. Межвузовский сборник научных трудов. Саранск: Тип. «Крас. Октябрь», 2005. -С. 141-147.



Оставить комментарий